— Наши тоже высказывали эту же самую мысль. Из вас получился бы хороший археолог. Но все же это еще не значит, что сто веков назад они зарыли там нечто ценное. И зачем тогда вам понадобился центр?
Я рассказал ей о назначенном свидании.
— Похоже, тут возможны два варианта. Первый — что это был ваш начальник охраны, Сэм Лунд. И вариант номер два — кто-то, кому не положено знать правду обо мне, сумел докопаться до истины.
— Исключено.
— Ладно. Тогда это, видимо, Сэм Лунд.
3. ЗАГАДКИ. ЛЮБОВЬ МОЯ
I. Одна картинка стоит тысячи словМы с Кейт вернулись к будке охранника. Руммель Хурдт был столь же приветлив и вежлив, как в прошлый раз, но когда он попросил нас пройти сканирование, чтобы удостовериться в отсутствии контрабанды, я осознал, что на несогласие он сумеет дать должный ответ.
Руммель улыбнулся нам, вновь обнажив свои длинные клыки, и отсалютовал прозрачным термостаканом, в котором плескался лимонад. Казалось, он просто вышел погреться на солнышке. Но кобура на его бедре внушительно оттопыривалась.
Шагнув вслед за Кейт в дверь сканера, я не ощутил ровным счетом ничего. С виду сканер ничем не отличался от обычной будки комлинка, только с двумя расположенными друг против друга дверями вместо одной. И без пульта связи.
— Мистер Тейкент, — сказал Руммель, когда я прошел сквозь сканер. Голос у него был озабоченный. Он внимательно смотрел на экран сканера в своей будке.
— Да? — откликнулся я, твердо зная, что не засунул по рассеянности в карман ни одного булыжника.
— Вам непременно следует как можно скорее заправить ручку. Чернила почти иссякли.
Ухмыльнувшись, я выудил из нагрудного кармана старую ручку: