- В Дюссельдорфе.

- О... - Она потерла нос. - Судя по шуму, ты в каком-то баре.

- В точку.

- Чего новенького, Эдди?

- Я знаю, ты в людях ценишь честность, - объявил Эдди. - Поэтому я решил рассказать тебе, что у меня намечается роман. Я встретил здесь одну немку, и, откровенно говоря, она просто неотразима.

Джалия сурово нахмурилась:

- И у тебя хватает наглости пороть эту чушь, когда на тебе специфик.

- Ну да. - Он стянул окуляры и снова уставился в монитор. - Извини.

- Ты пьян, Эдди, - заявила Джалия. - Ненавижу, когда ты пьян! Ты способен наговорить и наделать все что угодно, когда ты пьян и на другом конце телефонного провода. - Она нервозно потерла последнее прибавление к татуировкам на скуле. - Это что, одна из твоих дурацких шуточек?

- Да. Да, на деле это так. Шансы восемьдесят против одного, что она меня тут же и отошьет. - Эдди рассмеялся. - Но я все равно намерен попытать счастья. Поскольку ты не даешь мне жить и дышать.

Лицо Джалии застыло.

- Когда мы говорим лицом к лицу, ты всегда злоупотребляешь моим доверием. Вот почему я не хотела, чтобы дело зашло дальше виртуалки.

- Да брось, Джалия.

- Если думаешь, что будешь счастливее с какой-то там виртуальной извращенкой в Европе, давай, мне не жалко! - с вызовом бросила она. - Я только не понимаю, почему ты не можешь заниматься этим по кабелю из Чаттануги.

- Здесь Европа. Тут говорят о реальном опыте.

Это Джалию шокировало.

- Если ты действительно прикоснешься к другой женщине, видеть тебя больше не хочу. - Она прикусила губу. - И виртуалкой заниматься с тобой тоже. Я серьезно, Эдди. Сам знаешь, что я серьезно.

- Ага, - отозвался он. - Знаю.

Эдди повесил трубку, забрал из автомата мелочь и набрал номер своих родителей. Ответил отец.

- Привет, Боб. Лайза дома?

- Нет, сегодня у нее вечер оптического макраме. Как Европа?

- Другая.

- Рад тебя слышать, Эдди.