...17 апреля 1945 года, когда у Гавайских островов начались бои между палубной авиацией адмирала Нагумо и американской авиацией берегового базирования, быстроходное соединение адмирала Кинкейда в составе авианосцев "Энтерпрайз" и "Орискани", большого крейсера "Гуам", тяжёлых крейсеров "Индианаполис" и "Миннеаполис", лёгких крейсеров "Бойз" и "Сент-Луис" и десяти эсминцев находилось в полутора тысячах миль к востоку от Гавайев. Кинкейд ждал приказа адмирала Нимица, и приказ последовал, но не по радио, а из уст в уста - вечером того же дня с кораблями Кинкейда встретился отряд командующего Тихоокеанским флотом США, покинувший Жемчужную Гавань.

Приказ, выслушанный Кинкейдом на борту крейсера "Пенсакола", был краток и ясен "Полным ходом следовать к Гавайским островам для нанесения удара по японскому флоту", и дополнялся поясняющей сентенцией Нимица: "Нет смысла беречь ваши авианосцы, Томас, когда речь идёт о судьбе Гавайев и, вероятно, об исходе всей войны. Корабли мы построим новые, а вот острова - вряд ли". И Тихоокеанский флот Соединённых Штатов (вернее, то, что от него осталось) устремился на запад, соблюдая полное радиомолчание.

Американцам удалось достичь тактической внезапности и наказать противника за его чрезмерную самонадеянность (пренебрегая возможностью вмешательства "жалких остатков" US Navy в битву за Гавайи, японцы даже не вели разведку к востоку от архипелага). Удар Нимица обрушился на флот вторжения в самый удачный для янки момент - днем раньше авиагруппы "Энтерпрайза" и "Орискани" были бы перемолоты в затяжных воздушных боях, днём позже японские войска второго эшелона закрепились бы на Мауи, и выковырнуть их оттуда было бы непросто. Пикирующие бомбардировщики вывели из строя "Дзуйкаку", а торпедоносцы расправились с "Акаги" - старейший боевой авианосец императорского флота получил три торпеды и через шесть часов затонул, несмотря на все попытки удержать его на плаву.