Во-первых, в ходе боёв за Анкоридж несколько американских солдат, засевших здесь, отстреливались до последнего патрона и сложили оружие только тогда, когда бойцы 11-й русской штурмовой бригады подтянули огнемёты и пригрозили сжечь защитников заведения вместе со всеми бутылками виски, ещё не разбитыми пулями. Доблесть морских пехотинцев US Army, проявленная при обороне запасов алкоголя, нашла понимание и вызвала уважение - мол, вот это мужики! - а их пустые патронные подсумки и породили название кабачка. А во-вторых - случалось, что загулявшие русские офицеры оставляли здесь всё свое денежное содержание, то есть "расстреливали боезапас до последнего патрона". В общем, место это было почти сакральным, и даже военный комендант Анкориджа, одно упоминание о котором вселяло трепет в сердца боевых офицеров, весьма снисходительно (в известных пределах) относился к посетителям "Последнего патрона", давая им возможность уползти отсюда на своих двоих, пусть даже опираясь на плечи более стойких товарищей.

Вечер только начинался, но в "Последнем патроне" было уже многолюдно - свято место пусто не бывает. В углу тихонько мурлыкал музыкальный автомат - трофейный Juke-Box, заряженный русскими грампластинками, - между столами сновали строго одетые (здесь вам не тут!), но миловидные официантки, разнося заказы. Разговоры тоже покамест были негромкими - время бесед на повышенных тонах и ругани в адрес тупорылого начальства (а другого, как известно, в армии не бывает) ещё не пришло.

За одним из столов сидели двое офицеров, неспешно воздававших должное русской водке под аляскинский лосось. Один из них, капитан третьего ранга Анатолий Серов, носил на кителе орден Красного Знамени, полученный им в сорок первом за успешную торпедную атаку американского тяжёлого крейсера "Солт Лейк Сити" в бою у Командорских островов.