И, не говоря больше ни слова, Ионнис исчез, оставив ошарашенного Натиоле одного. Вначале в юноше кипел гнев, он пытался придумать ловкий меткий ответ, который, однако, уже запоздал. Но потом он неуверенно посмотрел на дверь в соседнюю комнату, где, скорее всего, его ждал Оанес. «Может ли он за плату шпионить за мной? Вздор! Ионнис хотел всего лишь позлить меня».
Тем не менее неприятный осадок в душе у Натиоле остался, и юноша с каким-то странным чувством направился в комнату своего слуги, чтобы тот помог ему надеть высокие кожаные сапоги.
3
Тамар уже в который раз обеспокоенно поглядывал на небо. Над Северными Соркатами собирались темно-серые облака. Огибая высокие скалы, они ползли в вышину. Капризная погода в горах могла закрыть и без того труднопроходимые перевалы на дни, а то и на целые недели даже в самое благоприятное время года. Зимой же любая попытка пересечь Соркаты с самого начала была обречена на неудачу.
Его народ смог почувствовать это еще тогда, почти три сотни лет назад, после первой победы над влахаками. Целых пять лет из-за снегов и дождей горные тропы оставались непроходимы для армии, поэтому для масридов и их союзников сцарков набег превратился в завоевание. Предки Тамара господствовали здесь очень долго, пока влахаки во время последних мятежей не отвоевали часть своих земель. Марчег никак не мог привыкнуть к такому положению вещей; слишком глубоко сидела в нем уверенность в правомерности притязания его народа на власть. «Но мужчина может получать головомойку от женщины до тех пор, пока не изменит своего мнения», — весело подумал он.
При мысли о Флорес он снова посмотрел на горы впереди. Этот пейзаж сопровождал его всю жизнь. Он невольно пришпорил коня, хотя это вряд ли как-то помешало бы грозе разыграться в полную силу.
Влахаки верили, что во время грозы духи горы сражаются с духами воздуха. И те и другие высшие силы были известны своим небрежным отношением к простым смертным. Тамар знал, что сражения духов — не более чем суеверие, а мир регулируется Божественным светом, но он понимал, почему возникло поверье. В этом суровом краю непогода в горах нередко забирала жизни людей.