— Я не буду заставлять вас скучать, выслушивая долгую речь. Все мы знаем, почему мы здесь, — чтобы почтить тех, чья храбрость принесла нам свободу. У каждого из нас свои воспоминания, каждый из нас потерял людей, которых любил, и все эти люди заслуживают нашего уважения.

По залу пробежал одобрительный гул, воевода сделал широкий жест рукой.

— Давайте праздновать в память о них и вспоминать их!

Раздались крики всеобщего ликования, гости подняли кубки, обращая их в сторону хозяина крепости.

Артайнис заметила, как Ионнис улыбнулся отцу, в то время как Натиоле нахмурил черные брови.

— Угощайтесь! — закончил Стен свою короткую речь.

Дважды повторять не пришлось, и гости воздали должное угощению.

Артайнис услыхала, как священник вздохнул с облегчением и занялся едой. Сначала она попыталась снова заговорить с ним, но потом решила оставить его в покое на короткое время. По ее меркам блюда были просты, но, тем не менее, вкусны. Влахаки, судя по всему, предпочитали натуральные продукты различным кулинарным изыскам, но среди дичи, овощей и фруктов даже она нашла деликатесы, удовлетворившие ее изысканный вкус. Пока что мрачный прогноз ее отца относительно несъедобной пищи в Теремии не оправдывался, и она спрашивала себя, не хотел ли отец только поддразнить ее таким образом, или, может, некоторые вещи во Влахкисе настолько изменились со времени его последнего визита… Пока она раздумывала над этим, к ней не спеша подошел Ионнис с маленькой керамической пиалой в руке.

— Я попросил об этом отца, — таинственно начал он. — Я не уверен, правильно ли их приготовили, но думаю, что повар и я в какой-то степени справились с задачей.