— Немного больше. Но это будет непросто, Камрос. С тех пор как наш милосердный, благословленный богиней Агдель господин несколько лет назад разделил Аркару на две провинции, чтобы как поддержать свою славу великого завоевателя, так и разбить власть сатрапа, положение стабилизировалось. В настоящее время потребности в сатрапах нет, какими бы ловкими ни были претенденты.

— В своей мудрости ты сам коснулся проблемы, которую я хотел обсудить с тобой. Мне хватает воли, но не хватает места, где я мог бы реализовать ее.

Иерархия империи была как пирамида; чем выше подниматься, тем меньше возможностей для следующего подъема, количество сатрапов просто ограничено количеством имеющихся провинций. Самые важные и крупные провинции находились вокруг изначальной Дирии, старой провинции Дирия, центральной земли и колыбели империи, и император распределял звания сатрапов этих провинций лишь среди избранных членов собственной семьи. Чем дальше провинции располагались и чем незначительнее они были, тем большей была вероятность для простого чиновника.

— Наиболее верным советом будет потерпеть, — прервал Ларцанес размышления Камроса. — Я сам пятнадцать лет назад был одним из не очень важных копиистов юридических документов. И только помазание императора создало мне необходимое место, как ты это называешь.

Камрос был еще совсем юношей, когда империю потрясли беспорядки, связанные с восхождением императора на трон, он хорошо помнил тот день, когда по улицам повели длинные ряды пленников, скованных по рукам и связанных друг с другом за шеи толстыми канатами. Их вели из города на глазах у всех, над ними издевались и проклинали, пока они не добрались до ворот, где затем солдаты мечами казнили их и неглубоко зарыли.

Родственники Ларцанеса вступили в ожесточенную борьбу с другими претендентами на трон, и Ларцанес был одним из тех, кто верно служил до самого конца, даже когда враги, казалось, брали верх.