"Чисто слоринское мышление", - подумал Смег. Он размышлял над тем, что можно предпринять, не выдавая своего собственного чуждого происхождения. Надо было что-то делать. И поскорее. Рискнуть запустить приветственный зонд в сознание глупца? Нет. Шериф ничего не разберет в этом шуме от мыслеоблака.

- Тогда, может быть, ты делаешь что-то не так, - сказала блондинка. Мне кажется ужасно забавным, что единственные преступления направлены на сам закон.

"Весьма существенное наблюдение", - подумал Смег.

Пэйнтер вдруг принудил себя двигаться и, пошатываясь, пробирался сквозь толпу детей к шерифу.

Девушка повернулась и крикнула:

- Папа! Не лезь в это!

- А ну-ка, заткнись, Бартон Мери, слышишь? - прорычал Пэйнтер.

- Ты же знаешь, что ничего не сможешь сделать, - запричитала девушка. Он только вышлет меня.

- Хорошо! Я сказал, хорошо! - рявкнул Пэйнтер. Он протолкался к девушке и встал перед ней, свирепо глядя на шерифа.

- Итак, Джош, - мягко проговорил шериф.

Они замолчали, меряя взглядами друг друга.

В этот момент внимание Смега привлекла фигура, идущая по дороге в деревню. Она словно материализовалась из пыли - молодой мужчина, несущий огромную черную сумку.

РИК!

Смег уставился на своего отпрыска. Юноша шел, словно марионетка, ноги его волочились по земле. Глаза пристально смотрели перед собой, но в них зияла абсолютная пустота.

"Мыслеоблако, - подумал Смег. - Рик молод, слаб. Он был на вызове, распахнут настежь, когда его поразило мыслеоблако. Сила, пошатнувшая вторичного предка, оглушила молодого слорина. Теперь он слепо идет к источнику раздражения".