Не могут напасть желтые варвары. То есть напасть-то они могут, но не должны и даже обязаны не! В 301 году, десять лет назад, приняли варвары союзные предложения Селентины, и огромная желтая страна, занимающая весь юг, спустя четыре года подчинилась нашему Королю. Селентина неожиданно победила и, что ценнее всего, победила не с помощью силы, не захватив и разрушив чужую столицу: культура победила варварство, цивилизация одолела жестокость, да еще когда! — когда численное и территориальное превосходство, пусть небольшое, было на стороне варваров. Что принесло победу Лунной Заводи? Свобода и притягательность ее государственного устройства. Да здравствует синеглазый народ! Да здравствует Король и пусть вечно процветает Республика!

Короче говоря, желтые варвары сидеть в засаде вроде бы не должны.

И вроде бы не должны там таиться белые воины древнего города-королевства Мартона, того, что на самом юге, на краю расколовшейся пустыни. Мартон никогда не был нашим врагом, ни в начале истории, ни теперь. Да и слишком он далеко, чтобы быть нашим врагом.

В общем, из семи существующих народов пять не враждебны, а шестой — сами селентинцы.

Пришла пора решать: либо по крутому склону, либо перебираться на песок.

Вот тут-то они и окажутся, вот еще несколько шагов… Восьмерка горных хнумов, с севера, из тех, что разрушили страну Всадников Солнца. В шкурах, с оскаленными лицами. Из тех, что в 167 году уничтожили в своих обледенелых ущельях всю селентинскую экспедицию, цвет боевой аристократии Лунной Заводи и Аристона, до последнего воина, и растерзали Верховного Стратега Грей-Дварра Несчастного. Еще шаг… И я побегу назад, чтобы успеть предупредить Лайка Александра, а когда он издалека увидит меня, резко развернусь. Он успеет уйти. Меч я уже держал перед собой. Еще шаг…

Я обошел холм, осмотрел местность и вернулся обратно. Нигде не нашлось даже следов человека или животного. Горные хнумы мерзли в диких северных замках. Белые воины жарились на краю пустыни и ломали голову, как поскорее подружиться с Селентиной. Желтые варвары изучали грамоту и строили первые корабли. Я возвращался к Лайку прямо по песку и у ног моих лежало зеленое море. Фиолетовый оттенок сейчас был незаметен.