Мы, рыцари-пехотинцы, живем вместе, но по утрам предпочитаем встречаться где-то в городе. Например, возле таверны. Или у дома бригадира Луция. Для нас Луций прежде всего бригадир, а потом уже комендант и дважды комиссар.

Хотя как раз сегодня он, пожалуй, прежде всего комиссар казначейства, потому что в полдень отряд тяжелой пехоты получает от казны шестнадцать синих и шестнадцать зеленых золотых долевого содержания. По четыре монеты на каждого. Луций ведь тоже тяжелый дефендер. И чаще всего Луций-казначей раздает другим именно содержание Луция-рыцаря.

Поверх зеленой майки я одел кольчугу. Остальное тяжелое вооружение сегодня ни к чему, но меч и кольчуга необходимы: они — отличительный знак, и златоградцы должны видеть, за что нам семерым платят деньги.

Сбежав по каменным ступеням (моя комната в третьем ярусе башни), я оказался на улице. Пять минут неспешной ходьбы до центра, где в окружении гранатовых деревьев красуется дом Луция. Зимой в майке не холодно — в таком месте живем. Говорят, лет десять назад климат по всей земле очень изменился. Но мы этого не заметили. С запада задули какие-то новые ветра, на юге землетрясение раскололо пополам непроходимую пустыню. Луций, прослышав об «эпохе катастроф» от столичного вестника, прибывшего за налогом, внес изменения в курс географии и собственноручно нарисовал громадное озеро на месте запредельных южных песков. Согласно новому курсу, в нашем географическом центре мира как было однообразно жарко, так и осталось.

Вообще-то в центре мира живет наш бригадир, потому что, если верить картам, Златоград — самый-самый центр, а дом коменданта сразу строился так, чтобы от него до каждой из четырех башен было одинаковое расстояние. И там, в самом-самом центре изведанного человеком пространства я сейчас получу четыре золотых.