Об этом трудно говорить. Мелодрама. Но…

— Вы подозреваете… нечистую игру?

— Мы ничего не знаем, мисс Тамберли. Надеемся, что нет. Может быть, он решил рискнуть и… В любом случае, моя задача — попытаться понять его.

Он улыбается. На лице проступают морщины.

— А для этого я хочу сначала познакомиться с людьми, которых он считает близкими.

— Понимаете, он всегда был очень замкнут и… нелюдим.

— Но отношения с вами — исключение. Не будете возражать, если я задам несколько вопросов, касающихся вас самой?

— Давайте. Но не обещаю, что отвечу на все.

— Ничего сугубо личного. Ну, скажем так. Вы учитесь на последнем курсе в Стэнфорде, верно? Какая у вас специализация?

— Биология.

— Это такое же общее понятие, как физика, правда?

Мозги у него на месте.

— Ну, я интересуюсь главным образом эволюционными изменениями.

Возможно, займусь палеонтологией.

— Значит, вы намерены учиться в аспирантуре?

— Конечно. Докторская степень — пропуск в науку.

— Осмелюсь заметить, вы больше похожи на спортсменку, чем на ученого.

— Конечно, теннис, туризм… Люблю прогуляться с рюкзаком по свежему воздуху, а поиски останков ископаемых животных — прекрасный способ еще и получать за это деньги. — Что-то меня подталкивает. — Я уже подыскала себе работу на лето. Буду водить туристов на Галапагосских островах. Самый настоящий затерянный мир, если таковой когда-либо существовал.

Неожиданно у меня начинает щипать глаза, контуры предметов расплываются.

— Эту работу мне нашел дядя Стив. У него в Эквадоре друзья.

— Что ж, неплохо. Говорите по-испански?

— Немного. Раньше мы всей семьей часто проводили отпуска в Мексике. Я и сейчас время от времени там бываю. Кроме того, я несколько раз съездила в Южную Америку.