— Ему… ему не стало лучше, сударь? — прошептал паж, взволнованно поворачиваясь к Целителю, когда Ориэль положил на лоб королю очередной холодный компресс.

Мальчика звали Фульк Фитц-Артур, он был на два года младше короля и приходился сыном одному из тех придворных, которые ожидали сейчас новостей за дверями опочивальни. Со вздохом Ориэль покачал головой и легонько коснулся кончиками пальцев влажных от пота висков короля. Хотя он точно знал, что обнаружит, но все же послал мысленный импульс глубоко в сознание умирающего, вновь считывая то, что осознал уже давно, к вящему своему отчаянию. Болезнь почти без остатка уничтожила легкие Алроя, и они были полны мокроты. При дворе шептались, что тот же самый недуг сгубил и отца юного короля, и даже Целители, куда более искусные, чем Ориэль, не смогли спасти его. Но хотя Ориэль и сознавал это, чувство собственной беспомощности терзало его, и негодование на вселенскую несправедливость. Невзирая на почти божественные силы, которыми он обладал, он ничего не мог поделать, чтобы одолеть смерть. Никакая магия не могла больше помочь несчастному юноше.

Когда Ориэль убрал руки, Алрой неожиданно шевельнулся и застонал. Серые глаза его распахнулись, — похоже, он вновь пришел в себя. Зрачки были расширены под воздействием снадобий, которыми пичкали его лекари, но он все же сделал усилие, чтобы сфокусировать взгляд на Ориэле. Хрупкая рука протянулась из-под покрывала и тронула Целителя за запястье.

— Ориэль, сколько сейчас времени? — прошептал он.

— Скоро полночь, государь.

Целитель взял короля за руку и нагнулся к нему поближе.

— Вам нужно поспать. Если будете слишком много говорить, то опять приметесь кашлять.

— Я хочу видеть брата, — выдавил Алрой. — За ним послали?

Ориэль ласково сжал ладонь короля, прекрасно сознавая, что брат, за которым послали королевские советники, был совсем не тот, кого требовал к себе Алрой. Он обратил внимание, что Кольцо Огня по-прежнему сверкало на пальце, у короля. Он наотрез отказывался снять его.