Девушка подняла глаза, рассмеялась и ответила:

— А я-то думала, что ты медитируешь.

— Я общалась с Божеством, — откликнулся приятный голос.

Рашель Силвер хладнокровно взглянула на Болана большими лучистыми глазами. Мак даже вздрогнул: чаще всего именно это лицо он видел в своих грезах.

— Я молила его сохранить вам жизнь, — непринужденно добавила она.

Болан подумал, что вновь возвращается в страну прекрасных снов, и неожиданно для себя спросил у девушки:

— И что же ответило ваше Божество?

Девушка повернулась и, сев лицом к Болану, свесила со стола ноги. Она скрестила их в щиколотках, улыбнулась и произнесла:

— Вы ведь живы, не правда ли?

— Надеюсь, это так, — ответил Болан, который вовсе не был в этом уверен.

Он зачарованно следил, как девушка спрыгнула со стола. Она двигалась с мягкостью кошки: ее движения были упругими и грациозными, точно движения хищника. У нее было великолепное тело — стройное, мускулистое и вместе с тем удивительно женственное. Длинные иссиня-черные волосы спускались до пояса, нежная кожа на груди поражала необычайным золотистым оттенком, а когда Рашель шла, создавалось ощущение, будто она передвигается по тонкому слою песка.

Она приблизилась к кровати и все так же спокойно и непринужденно улыбнулась ему. Болану вовсе не хотелось улыбаться в ответ. Непонятно почему, но ему вдруг захотелось сказать девушке что-нибудь неприятное.

Черный треугольник волос внизу ее живота находился сейчас как раз на уровне его глаз. Обращаясь к этой части тела, он и произнес:

— Здравствуй, Божество! Тебе я обязан жизнью!

Эви Клиффорд от хохота свалилась с кровати. Обнаженная Рашель вздрогнула и, повернувшись, собралась было уйти.

Болан, собрав остаток сил, схватил ее за руку.

— Не знаю, почему я вам это сказал, — прошептал он.

— Зато я знаю, — холодно ответила она.

— Эви рассказала мне, как вы вытащили меня из ада. Огромное вам спасибо. Простите мне мою глупость.