- Э-э нет, дорогой. - Она стряхнула пепел в перламутровую раковину. Каждый хорош на своем месте, мое счастье. Кроме того, я женщина.

- Ну и что?

- А то, - Джин разогнала ладонью дым. - Ты видел когда-нибудь обаятельную белую даму, которая бы посягала на мужские обязанности?

- Видел, малышка, и не только видел, но и...

- Не перебивай. Не дурачься, я серьезно. Мужские привилегии необходимы цветным, дурнушкам и неудачницам. Пусть работают.

- А ты злая, Джинни. - Грег попытался зубами схватить ее палец.

- Не придирайся.

- Я констатирую факт; ты эгоистка по отношению к людям, которые этого не заслужили.

- Я рационалистка. У меня свое мнение о месте мужчины и женщины. Надо довольствоваться тем, что определено богом.

- Бога нет.

- Не юродствуй. Когда надо, он есть.

- Когда тебе выгодно?

- Мне выгодно быть за мужем и за богом, как за каменной стеной. В моем понятии для этого-то они и существуют. Должны обеспечивать нас, один материально, другой морально. Ничем иным я заниматься не собираюсь. Жизнь коротка - надо наслаждаться ею.

- Но получается, слабый пол не должен трудиться или участвовать в общественной жизни? Не будет ли это оскорбительно? Не уронит ли достоинство женщин?

- Отнюдь нет. - Она покачала головой.

- Ну а любовь?

- Любовь? - Джин как-то загадочно улыбнулась. - В идеальном варианте можно одарить своего избранника и любовью, если он того достоин.

- А если нет? То есть не оправдает твоих надежд на то самое материальное благополучие?

- На нет и суда нет.

- Это аморально. Жить с нелюбимым.

- По-твоему, морально жить с бедным неудачником?

- Ладно. Но не будет ли женщине скучно ничего не делать? Говорят, от безделья даже миллионеры стреляются.

- Она станет помогать карьере супруга, способствовать его процветанию на общественном и служебном поприще. Быть украшением. И блистать среди избранных. Ты против?