«Хорошо еще, — думал Турпис, — что эти умники не изобрели корону из невидимого металла. Впрочем, такая корона очень соответствовала бы духу времени…»

Эта исторически достоверная мысль короля доказывает, что великие открытия не возникают случайно в форме озарения гениального одиночки. Они носятся в воздухе и мгновенными отблесками скользят в извилинах самых разных людей. Вот и сейчас Его Величество был бесконечно близок к формулировке идеи, прославившей впоследствии маркиза де Суависа. Впрочем, я думаю, королям не подобает делать великие открытия. Это неприлично. Для этого есть подданные.

Внезапно Турпис оживился и, делая вид, что обтягивает камзол, небрежно произнес:

— Ордена!

— Ордена… ордена Его Величества… награды короля… — понеслось по залам дворца.

Вкатили золоченую тележку. Король потребовал приколоть к камзолу орден За Чрезвычайные Заслуги. Началась небольшая паника. Камергеры занервничали — не прикалывать же орден к голой груди. С другой стороны, считать грудь голой равносильно служебному несоответствию…

Но Джек и тут не потерял присутствии духа.

— Наше Величество, сказал он, — эта ткань слишком нежна, чтобы выдержать ваш великолепный орден. Прикажите принести вашу замечательную орденскую ленту.

— Но кому нужен камзол, к которому нельзя прикрепить даже один небольшой орден? — вознегодовал Турпис.

Тут и у Джека не выдержали нервы, а Жан успел трижды попрощаться с головой.

— Искусство требует жертв. Ваше Величество, — сквозь зубы процедил герцог Рудис, серьезно опасаясь за судьбу столь тщательно подготовленного представления.

За какое-то неуловимое мгновение герцог перебрал добрый десяток спасительных идей, но ни одна из них не смогла бы поколебать короля. И тогда Рудис пошел с козырного туза, наглядно демонстрируя свой тезис о жертвах ради искусства.