Поскольку до игры оставалось всего два дня, Алексей Борисович не стал увлекаться наукообразными разговорами и лаконично сформулировал суть предложения. Папаша запросил сто тысяч долларов за нужный результат. Чувствовалось по скудости его одежки, что он и пять тысяч долларов никогда зараз не получал, а тут пробило человека на такую смелость. Естественно, уступал он неохотно и, если бы не категоричность оппонента, то бился бы за каждую тысячу. Но ему было сказано, что победа в домашнем матче 1:0 — это пятерка, победа в два мяча — двадцать, в три и больше — сорок. Ему хотелось заартачиться, но не посмел. Константин Владимирович сделал вид, что взял верх в торговле, и протянул руку в знак согласия. Его лицо покрылось алчной испариной. Как будто он только что энергетическим усилием передвинул команду Алексея Борисовича на пару позиций по турнирной таблице чемпионата России. Кстати, не помешало бы…

Накануне матча решили провести тест на тренировке. Маше не понравилось у кромки поля.

— Дяди нехорошие, дяди громко кричат, — пожаловалась она.

— Нет, что ты, Машенька, это наши друзья, — сюсюкал папаша.

Алексей Борисович немедленно дал команду, чтобы игроки не ругались матом. Но разве эти животные способны понимать человеческий язык. Впрочем, Машенька их не слушала — она занималась своим плюшевым мишкой и дурацкой пластиковой куклой. Упражнения футболистов ее не увлекали нисколько. Папаша попытался исправить ситуацию.

— Машенька, помоги вон тому дяде попасть мячиком в ворота.

— Но мне надо проводить Мишеньку в гости к Светусеньке, — Маша прижала своих игрушечных друзей к груди.