- Вы ошибаетесь, - покачал головой Стив. - К тому же хмурость вам не идет.

Нова не поддалась на комплимент.

- Вы... вы... - Она остановилась, подбирая нужное слово. - Вы настороже. Вы не верите мне - вот в чем дело!

Стив прищурившись вновь улыбнулся. Или она угадала его мысли интуитивно, или причина ее проницательности в другом. Он решил сказать ей часть правды.

- Я доверяю вам, но... не понимаю ваших поступков. Вы ведь прекрасно знали, что отправили, меня ловить вора с незаряженным револьвером. И что не позволите его преследовать - тоже.

Глаза Новы вспыхнули, она выпрямилась во весь свой небольшой рост.

- Так вы полагаете... - начала она решительно, но тут же смолкла и прижалась к груди Стива, вцепившись в лацканы пиджака. - Прошу вас, мистер Фрифолл, поверьте - я не знала, что револьвер не заряжен. Это револьвер доктора, я взяла его, выбегая из дома, и мне даже в голову не пришло, что он пуст. А то, что я не отпустила вас догонять вора... я очень боялась снова остаться одна. Я немного трусиха. Я... я... Пожалуйста, поверьте мне, мистер Фрифолл. Станьте моим другом. Мне очень нужны друзья. Я...

С нее неуловимо слетела вся женственность, и Стиву показалось, что его умоляет девочка лет двенадцати, одинокая и испуганная. А поскольку его подозрения не развеялись после ее слов, Стив ощутил себя вдвойне несчастным, да еще и устыдился вдобавок, словно обнаружил, что ему не хватает какого-то важного душевного качества.

Нова все говорила и говорила, причем так тихо, что ему пришлось склониться, разбирая слова. Она рассказывала о себе так, как жаловался бы ребенок.

- Как все ужасно! Я приехала сюда три месяца назад - была вакансия телеграфистки. И внезапно оказалась совсем одна, почти без денег. А что я умею - только телеграммы отправлять. И какой ужасный город... я никак не могла к нему привыкнуть. Он такой унылый. На улицах не играют дети. Да и люди тут совсем не такие, как в других местах - грубые и жестокие. Даже дома - улица за улицей, ни единой занавесочки, ни цветов, ни лужаек, ни деревьев.