Мы не особо рассчитывали на гостеприимство местных жителей, хотя, честно говоря, я бы предпочел ночевать под крышей, а не посреди леса, готовый к атаке комаров, а то и кого побольше. Подойдя к ближайшим воротам, я взялся за кольцо, заменявшее дверную ручку, и постучал. Калитка отворилась и нам навстречу выдвинулся ствол старинного ружья в руках человека, годного мне в отцы.

— Че пришли? — спросил хозяин без тени дружелюбия, — жрать нечего. Денег нет. Валите-ка отседова.

— Да мы переночевать, вообще-то, — вежливо парировал Леон.

— Знаю я вашу ночевку. Полдеревни спалили, половину женщин испортили. Знаю я ВАС.

— Не знаю о чем вы, — сказал я, — но мы не варвары.

— Городские? А где эта… тачка ваша? На той неделе один на тачке приезжал. Котора сама ездиет. Грит, в городе так придумали. Девок наших катал, девки-то за ним табунами ходили. А уж от детишек ваще отбоя не было. Все просили, покатай, дядя, покатай.

— Мы охотники, — объяснил я, — нам машина — лишний груз.

— А тачка?.. А, я понял. Охотники, гришь? На кого охотимся?

— На дракона.

— У-у-у, смелые мужички. Не хошь доброе дело сделать? Для таких храбрецов как вы — раз плюнуть.

— А вы? — спросил я ехидно.

— А че? — хозяин прикидывался дурачком. Может и впрямь таким был, коли сказал «табунами», применительно к этой крохотной деревушке.

— Доброе дело. Ночлег для двух усталых путников.

— Дак услуга за услугу. Я грю, пустяк на постном масле. Сделайте, и будет вам и ночлег, и ужин, могу и баньку истопить.

— А что, собственно, надо? — не выдержав, спросил Леон.

— Да, сегодня колдун всех наших детей в башню заманил. Грил угощение будет, игрушки, интересно всяко-разно. А их до сих пор нема. Вы ему эта, сходите, пистонов навешайте. Шоб детей наших отпустил.

— Колдун? — глаза Леона округлились, — если, говорите, пустяк, то почему сами не идете?