Нет, он определенно не хотел умирать.

Но ничего не произошло.

Спустя некоторое время он открыл глаза, убрал руки и огляделся.

Парень смотрел на него. Впервые на его лице размазалась ухмылка. В коридоре охранник, всегда сидевший на стуле рядом с выходом, стоял за решеткой, глядя на него. Казалось, с интересом.

Лью почувствовал, как краска стала заливать его лицо. Старик подшутил над ним. Он собрался встать...

И в этот момент прогремел взрыв.

Охранника с силой отбросило на решетку, и сейчас его безжизненное тело лежало на полу. Прямоволосый парень пытался подняться из-за койки, тряся головой. Кто-то стонал, и этот стон перерастал в крик. Воздух был полон цементной пыли.

Лью встал.

Кровавые пятна блестели на поверхности, обращенной к точке взрыва. Попытки Лью, хотя и не слишком усердные, обнаружить какие-либо другие следы старика не дали результата.

За исключением дыры в стене.

Он, должно быть, стоял... именно там.

Дыра была достаточно велика, чтобы пролезть в нее, - если, конечно, Лью сумеет туда добраться. Но она находилась в камере старика. Силиконовый пластик взрывом сорвало с решетки между камерами, и их теперь разделяли только металлические прутья.

Лью попытался протиснуться между ними.

Прутья бесшумно завибрировали. Заметив вибрацию. Лью понял также, что засыпает. Он вдавил свое тело дальше между прутьями, зажатый в тиски нарастающей паники и акустических шокеров, включившихся автоматически.

Прутья не поддавались. А вот его тело - да. И он сумел, наконец. Он просунул свою голову в дыру и посмотрел вниз.

Далеко вниз. Достаточно далеко, чтобы у него закружилась голова.

Здание суда представляло собой небоскреб, и камера Лью располагалась почти под самой крышей. Он скользнул взглядом вниз вдоль бетонной стены, усеянной рядами окон по бокам. Никакой возможности достичь этих окон, тем более открыть или разбить их не было.