— И не думай! — послышался голос Анастейжии. Оказывается, она стояла в дверях и наблюдала за фехтовальными упражнениями Грэма.

— Ну, ма-ам! — возмущенно завопил Лал.

— Мама права. Тебе подрасти немного надо, — сказал Грэм и со смущенной улыбкой посмотрел на Анастейжию. — Извини. Я вроде ничего тут не порушил — во всяком случае, пытался.

— Ты так красиво движешься, — улыбнулась и она. — С тобой кто-то занимался?

— Да. Отец.

С потухшей улыбкой Грэм отвернулся и вернул меч в ножны.

— Что с тобой? — удивилась Анастейжия.

— Его убили.

Она ахнула.

— Как это могло произойти?

Он довольно долго молчал, глядя в землю, а когда обернулся, во дворике не было ни Анастейжии, ни Лала.

Позже, убедившись, что дел для него пока нет, Грэм отправился в город. Меч он оставил дома, чтобы не привлекать внимания стражи.

Денег у него не осталось, а сидеть на шее у Брайана и его семейства он считал непозволительным. А потому решил поискать временную работу, для которой не требовалось особых знаний и умений. Он мог бы наняться в охрану, но очень уж хотелось хотя бы ненадолго почувствовать себя обычным человеком, который знать ничего не знает об оружии.

Каратские улочки складывались в бесконечный лабиринт, в котором ничего не стоило заблудиться. Сейчас Грэму очень пригодилась бы помощь Илис — девчонка наверняка отлично знала город и его окрестности. Грэм пожалел, что не подумал об этом раньше и не попросил Илис побыть его проводником на первых порах. Почему-то ему казалось, что она не откажется.

Через некоторое время Грэм понял, что приближается к центру. Улицы становились шире, дома — выше и богаче. Попадались даже двухэтажные здания, построенные из белого камня, слишком хорошо знакомого Грэму. Такой камень добывали в Самистре, и он очень ценился во всех королевствах. Грэм знал о его достоинствах все, но жить в доме, построенном из такого камня, не согласился бы и под угрозой смертной казни.