Прожевывая молодые побеги кхитайского бамбука, он вспомнил, как потчевал сим изысканным яством того варвара. Мысль о могучем киммерийце заставила советника зябко поежиться; приподнятое настроение внезапно испарилось без следа, по спине заструился холодный пот. «Что, если этот киммерийский гигант вздумает явиться за обещанной наградой? — содрогнувшись, он вспомнил холодный блеск синих глаз.— Лекаришку-то не спасли ни стража, ни толстые стены, ни крепкие двери… Может, я и зря не выполнил своего обещания насчет этих пяти чаш серебра?»
— Где управляющий? — рыкнул он на слугу.
— Сейчас, мой господин.
Словно выпущенная из лука стрела, слуга вылетел из зала: приказания здесь привыкли исполнять молниеносно. Вскоре он вновь появился перед хозяином и, распластавшись на полу, дрожащим голосом произнес:
— Господин, он уехал в город, чтобы приказать купцам быть завтра здесь!
— Отродье, вечно его нет в самый нужный момент! — выругался советник.— Как появится, мигом ко мне!
Завтра — нет, сегодня вечером — он прикажет своим соглядатаям разыскать этого варвара и заманить к себе. Как бы за наградой, но… Советник на мгновение задумался. Конечно же, яд! Подсыпать киммерийскому ублюдку яду в вино — и дело сделано! Он снова повеселел, предвкушение вечернего события вновь овладело его мыслями, и слуги, с напряженным вниманием следившие за каждым движением господина, облегченно вздохнули — на этот раз, похоже, пронесло!
Ужин закончился. Советник в изнеможении отвалился на подушки и лениво полоскал пальцы в серебряной чаше. Завершив омовение, он кивнул ожидающему его взгляда евнуху и, с трудом поднявшись и поправляя сползающий с живота кушак, направился в опочивальню.