Он сел на диван, подогнув под себя ноги. Положение было не самым удобным, учитывая, сколько на нем было кожи. Возможно, сапоги были мягче, чем они казались. Нда.

Он положил локти на спинку дивана, прогнувшись в спине, от чего его грудь проступила четче. Простая красная ткань полностью обтянула его и не оставила места для воображения. Соски проступили через тонкую материю, и его крестообразный ожог казался кровавым.

Он подался вперед, опершись руками на диван, как русалка на камне. Я подумала, что он вот-вот начнет дразнить меня или прошепчет что-нибудь сексуальное. Вместо этого, он сказал:

- Я решил сказать тебе о заключении Ричарда лично, - он пристально разглядывал мое лицо, - я подумал, что это может тебя расстроить.

- Конечно, это меня расстраивает. И этот твой Колин, вампир, или кто он там, просто не в своем уме, если думает, что сможет помешать нам помочь Ричарду.

Жан-Клод улыбнулся:

- Ашер ведет переговоры даже в этот самый момент, чтобы тебе разрешили появиться на территории Колина.

Ашер был его вторым "я", если можно так сказать, вампиром-заместителем. Я нахмурилась:

- Почему мне, а не тебе?

- Потому что у тебя гораздо лучше получается иметь дело с полицией, чем у меня.

Он вынул одну длинную, обтянутую черной кожей ногу из-под себя, и встал с дивана одним скользящим движением. Это было похоже на танцевальное па. Насколько мне было известно, Жан-Клод никогда не выступал в "Запретном плоде", стрип-клубе для вампиров, который ему принадлежал, но у него бы получилось. Он двигался с плавной грацией, которая делала любое его движение чувственным и смутно непристойным. И вы всегда чувствовали себя с ним, как будто знали о его порочных мыслях, которые не принято высказывать вслух в больших компаниях.

- Почему ты просто не позвонил, чтобы сказать мне все это? - спросила я.