– От нас останутся наши игрушки, самые простые и надежные из игрушек.

Крокодилы, например, или черепахи и змеи. А от них? Через один галактический год низкорослые потомки млечей откопают кости богов, сложат из них скелеты и выставят их в своих музейчиках. Через один галактический год они вспомнят о нас и захотят подражать нам – в любви, свободе, миролюбии и глубине познания.

Они вспомнят своих богов.

– Ты думаешь, что они поймут? Да никогда! Они дадут нам тела безумных и уродливых рептилий, а наши души пересадят в корявые тела своих богов.

– Тогда ты станешь богиней смерти.

– А ты – богом войны. Ты ведь вечно воюешь со всем миром.

Утром этого дня он дал голому существу самку. Второй экземпляр оказался не столь разумен – самка понимала простые сочетания слов, но не могла говорить.

Время от времени она принималась петь и искать блох в длинной шерсти головы. Она смотрела на мир с искренным непониманьем. Она рвала листики и пробовала их на вкус.

– Это все, что я мог сделать, – сказал Арес.

– Она сможет отложить для меня яйцо? – спросил голый млеч.

– Нет. Это случится иначе. Самка извергнет маленького млеча из своего тела и будет кормить его собой.

– Сможет ли он говорить?

– Нет.

– Сможет ли он понять?

– Нет.

– Сможет ли он запомнить?

– Нет. Он родится маленьким и звероподобным. Твоим мозгом я опередил историю на один галактический год. Впереди нас галактический год пустоты – и он уже катится на тебя.

– Галактический год – это сколько? – спросил голый млеч.

– Когда эти горы станут морем, а высохшее море снова горами, пройдет один галактический час. Пойми, если сможешь.

– Ты будешь охранять моих детей?

– Нет.

– Но тогда мы умрем. Нас убьют боги.

– Боги не нарушают свободы.

– Я не понял этого, – сказал голый млеч.

– Боги могут казнить меня, но не поступят наперекор моему желанию. Желание бога есть закон мироздания, даже если все считают его опасным или преступным.