Время вновь потянулось бесконечной нитью. Все его мысли заполнила Анна. Hе надо делать никаких усилий, чтобы избавиться от них, он принял решение и не изменит его. Штейн знал: он больше никогда не увидит Анну, не обнимет и не прижмет ее к груди. Представлял, что она будет чувствовать, узнав о принятом решении, но это уже не беспокоило его. То ли переход истощил его силы, то ли осознание собственной скорой гибели сделали его удивительно спокойным. Они познакомились во время прошлой экспедиции. По возвращении он добился разрешения на брак и на совместную экспедицию. Они мечтали после завершения полета осесть на каком-нибудь заброшенном островке.

Из задумчивости его вывел голос Хорея, неожиданно раздавшийся из наушников:

- Все готово, все усыплены кроме пилота и Анны.

- Я просил всех!

- Из реактора вернулись Иван и Алан. Анна помогает раненым.

- Усыпи ее!

- Оскар! - услышал он голос жены, - надо помочь раненым!

- Лучше позаботься о себе, тебе надо поберечься от перегрузки!

- Оскар, дай мне пять минут! Пока ты подойдешь, я хоть чем-то помогу им.

- Клаус! Усыпи ее!

Из наушников он слышал шум борьбы и ни как не мог понять ее результата.

- Кто у штурвала?

- Пилот Стром!

- Hачинаю предстартовый отчет! Минутная готовность! - и он включил автомат, мерным голосом отсчитывающий секунды до старта.

- Капитан! Hавигатор и врач:

- Помоги ему! Если вы сейчас не стартуете, будет поздно!

Автомат считал секунды. Шум утих, еще не ясно было, как закончилась борьба, но Оскар надеялся, что двое крепких мужчин управятся с женщиной. Когда, наконец, автомат бесцветным голосом пророкотал: "Старт. Счастливого пути", - с секундной задержкой заработали стартовые двигатели. Шум и вибрация передались через корпус и в рубку управления. Штейн с облегчением вздохнул, и вдруг из наушников раздался крик жены, переходящий в стон: