- Все на месте? - в свою очередь спросил капитан, как ему казалось, ровным и спокойным голосом.

- Все, кроме трех :

- Ждать не будем!

Хорей кивнул, судорожно глотнув слюну. Штейн в задумчивости провел по шершавой щеке, события последних суток не позволили ему привести себя в порядок, и улыбнулся неожиданной мысли, что, изображая перед Хореем героя, сам выглядит не лучше. В действительности он уже ничего не боялся, кроме одного - как Клаус отреагирует на его решение.

- Я остаюсь. Я прослежу за звездолетом и уведу его в гиперпространство.

Глаза Хорея округлились, он открывал рот, но не мог произнести ни звука.

- Так надежней, - Штейн положил руку на плечо навигатору, - Только Анне ни слова.

Hе дав своему помощнику опомниться, Оскар стал подталкивать его к выходу:

- Иди в капсулу и начинай усыплять экипаж. Я сейчас дам предупреждение о выходе из гиперпространства.

Хорей вяло сопротивлялся:

- Hо почему, капитан? Давайте останусь я! - его голос задрожал, - Прикажите мне! Я останусь!

- Иди и делай, что я приказал! - закричал Штейн, не почувствовав в предложении Хорея искренности. - Hе забудь вставить память в бортовой компьютер, - добавил он спокойнее.

Хорей ушел на подгибающихся ногах. Штейн поглядел ему вслед. Он ожидал, что навигатор более мужественно примет его решение и облегченно вздохнул, когда тот ушел. Хорей вполне мог попытаться силой заставить Штейна отказаться от своего решения. Только драки в рубке управления ему и не хватало! Дав предупреждение о выходе из гиперпространства, Оскар поспешил сесть в кресло, чтобы переждать несколько неприятных минут. Силовые поля корабля трансформировались. Звездолет из пространственноволновой формы превращался в материальную.

Когда выход завершился, боль мгновенно прошла, тело обмякло и Штейн понял, что громкий неприятный звук был его собственным криком.