Вопреки своему желанию, Владимир смотрел — смотрел удивлённо и испуганно. Ведь этот мент не издал ни звука. В груди у Владимира зародилось беспокойство — а за ним и страх.

Боль и ненависть соединились в мозгу Данко в единую взрывную смесь. Затем она воспламенилась и разлилась по его мускулам жгучей огненной жидкостью. И, наполненный взрывной силой, гигантский кулак рванулся вперёд, со скоростью молнии поражая челюсть Владимира. Сила удара, которая, казалось, оторвёт тому бороду, словно фальшивую, швырнула Владимира на тонкую сосновую стенку парилки. Все триста фунтов тела бандита обрушились на деревянную перегородку, проламывая её наружу. Парилка вдруг залилась ярким, белым, отражённым снегом, светом.

Владимир закричал, когда его разогретое тело вылетело на холодный, морозный воздух. Он зашатался на крошечном балкончике за стеной, и глубокий слой покрывавшего балкончик снега сковал его мозолистые ноги. Но он понимал одно. Он не вернётся обратно, чтобы снова встречаться с этим полоумным. Раздетый, страдая от холода и боли, он перепрыгнул парапет и опустился на снег с шестиметровой высоты. Но не успел он ещё коснуться земли, как Данко вылетел вслед за ним. Не размышляя ни секунды, огромный милиционер прыгнул с балкона, крича от ярости и злости.

Владимир подскочил и успел перебросить Данко через плечо, когда тот обрушился на него. Но Ивану удалось захватить длинные волосы Хиппи и он крутанул их с такой силой, словно пытался сорвать с того скальп. Затем рванул его к земле и со всех сил ударил кулаком. Несколько зубов во рту Владимира хрустнули и обломились. Он закричал от боли, посылая бессвязную смесь ругательств и проклятий.

Кулак Владимира дёрнулся навстречу лицу Данко, но удар оказался слишком уж медленным, слишком неточным.