— Мы живем с Лилей уже год, — находясь в кабинете Киселева, друг девушки пытался взять себя в руки, но это не получалось. — Вернее, жили. — Он схватил предложенный стакан воды и залпом выпил. — Извините, никак не приду в себя.

— Скажите, Вадим Петрович, как Лиля могла очутиться в лесополосе? — спросил Константин. — Она всегда ходила по этой тропинке?

Кошелев вздохнул.

— Она боялась темноты, — ответил он. — По тропинке мы ходили только вдвоем. Не представляю, что могло заставить ее свернуть. Может быть… — Вадим неожиданно умолк.

— Мы слушаем вас, — подбодрил его Павел. — Продолжайте.

— Вы можете мне не поверить, — на парня было жалко смотреть. — Вчера вечером мы пошли в гости к ее подруге и там поругались. Ну, понимаете, оба немного перебрали.

— И на какой почве возникла ссора? — поинтересовался Константин.

— Я люблю ее, — Кошелев достал платок и вытер потное лицо, — и хочу на ней жениться, то есть теперь уже хотел. Вчера я сделал ей очередное предложение руки и сердца. Она отказала.

— Почему же? — полюбопытствовал Константин.

— Лиля привыкла к самостоятельной жизни, — объяснил Вадим. — Она не собиралась связывать себя брачными узами. Говорила, что настоящие отношения не укрепляются штампом. Кроме того, она считала: расставание, если ему суждено случиться, пройдет гораздо безболезненнее: сложил свои вещи в чемодан и ушел.

— А вы? — спросил Киселев. — Вы не были с ней согласны?

— Разумеется, нет. — Мужчина сжимал и разжимал пальцы. — Я приверженец брака. Моя женщина должна быть моей, и не только на словах.

— Чем же закончился ваш спор? — Павел внимательно посмотрел на собеседника.