Всё закончилось еще более внезапно, чем началось. Обезглавленное тело упало на пол. Свечение исчезло. Автомобили, еще секунду назад отчаянно сигналившие и гремевшие выхлопными трубами, затихли и без движения застыли. Лишь продолжавшие сыпаться на землю осколки разбитых фар напоминали о том, что было здесь еще несколько мгновений назад.

Горец обессилено упал на колени, выронив меч. Мимо него катились по полу колпаки, сорванные потоками энергии с колес автомобилей. Где-то вдалеке раздался вой приближающихся пожарных и полицейских автомобилей.

Горец резко поднял голову. Встреча с полицией была ему совершенно ни к чему. Он быстро встал и, взяв меч, бросился бежать по залитому водой полутемному проходу туда, где стояла его собственная машина. Остановившись под свисавшей с потолка стальной рампой Горец бросил туда меч. Избавившись от улики, которую всё равно никто не догадается искать здесь, он подбежал к белому «порше» в самом дальнем углу гаража. Прыгнув через открытую крышу на переднеё сиденье, он завел мотор. На мгновение откинувшись в кресле перед рулевым колесом, Горец закрыл глаза…

По мощеной дороге из невысокой крепости выехал отряд всадников в медных доспехах и синих клетчатых юбках. Впереди, с деревянным крестом в руках шагал высокий худой монах в длинной, до пят, рясе. Он громко возвещал:

— В тысяча пятьсот тридцать шестой год от Рождества Христова мы отправляемся в поход в поисках победы для клана Мак-Левудов!

Следом за монахом, отцом Ноэлем, гордо вышагивали волынщики. Они старательно выводили фамильный гимн Мак-Левудов. Затем мелодия фамильного гимна сменилась боевым гимном. Со всех сторон к дороге, по которой ехали всадники, стали сбегаться люди. Пастухи, гнавшие овец на выгон, остановились. Дети толкались у огромных лошадей под воинами. Следом за конными бойцами из крепости показались пехотинцы с короткими пиками в руках. У каждого из них, кроме пики, были короткий меч, медный щит, покрытый мехом, и праща. Хотя в Европе уже появилось огнестрельное оружие, здесь, в горах северо-запада Шотландии, еще долгие годы враждующие кланы будут сражаться по старинным гэльским обычаям — мечом и пращой.