— Значит, ты мне не можешь помочь… — разочаровано сказала Хэй. Рассказу печати она поверила — та казалась честной и искренней. — А ты не заметила, как мы сюда попали?

— Нет, — печать с сожалением вздохнула, отчего синее сияние всколыхнулось. — Я очнулась в гостинице, когда ты ела за одним столиком с тем типом. Кстати, не общайся с ним больше, он на тебя собирается дурно влиять.

Хусянь не стала объяснять печати, что она уже договорилась с Клодом пойти завтра вместе в Небесный Дворец. Зачем расстраивать ее заранее? Вместо этого она решила сменить тему:

— А как тебя зовут? — спросила она. — Извини, я совсем не помню.

— Не уверена, — задумалась печать. — То есть, совсем не помню. Так что, давай придумаем новое имя! Мне нравится, как звучит «Печать Десяти Судей Смерти», по-моему, это солидно и подобающе. Так что, давай на этом варианте и остановимся. Можешь звать меня просто Печать. А вот как тебя зовут, я помню, что не совсем справедливо!

— Хорошо, Печать, договорились, — сказала девушка.

— Да, — продолжила Печать, — а интересно, кость очнулась?

— Кость? Она что, тоже говорящая?

— Да, — зазвучал новый голос, более тихий и женственный, чем у Печати. — Только я не считала, что вежливо будет вступать в разговор, пока обо мне не вспомнят.

— Так бы и молчала всю оставшуюся жизнь, если бы я про тебя не выболтала! — упрекнула ее Печать. — Нельзя же быть такой скромной!

Череп застенчиво промолчал.

— Раз уж она слишком стеснительна, чтобы поддерживать разговор, я скажу, что ее имени тоже не припоминаю, так что предлагаю спросить ее саму. И, если она его не назовет, обращаться к ней «Кость».

— Как вас зовут, вы помните? — послушно спросила Хэй.

— Нет, совсем ничего не помню. Знаю только, что была у тебя на голове там, на кладбище. Но зачем — ума не приложу. А еще знаю, что ты кажешься мне удивительно знакомой.