Каймориль поняла его намек. Она соскочила с коня и подошла к нему. Ее легкое платье полностью гармонировало с цветами, вдоль которых она сейчас двигалась. Он протянул ей цветок, и она приняла его, дотронувшись до лепестков губами.

– Сила ненависти сильна, любовь моя. Ииркан мой брат, и все же я даю тебе совет: используй против него свою силу.

– Я не могу убить его. У меня нет на это прав.

– Ты можешь услать его в ссылку.

– Разве ссылка для мельнибонийца не то же самое, что смерть?

– Ты сам много раз говорил, что хочешь попутешествовать по землям Молодых Королевств.

– Может быть, – с горечью рассмеялся Эльрик, – потому что я не настоящий мельнибониец. Ииркан прямо так и сказал, и многие согласны с ним.

– Он ненавидит тебя, потому что ты предаешься все время созерцанию. Но ведь твой отец был таким же, а никто никогда не говорил, что он не может быть императором Мельнибонэ.

– Мой отец никогда не пытался практически осуществить результаты своих созерцаний. Он правил так, как должен править император. Должен признать, что Ииркан тоже будет править так. У него есть возможность снова возвеличить Мельнибонэ. Он начнет войну за новые рынки сбыта, чтобы распространить нашу власть на всю землю. И этого хочет большинство нашего народа. Разве у меня есть право отрицать такое желание?

– У тебя есть право делать все, что ты пожелаешь, потому что ты – император. И все, кто тебе предан, думают точно так же.

– Возможно, их преданность не по адресу. Может, Ииркан прав, и я предам эту их преданность, обреку на уничтожение Остров Драконов? – его печальные глаза встретились с ее взглядом. – Может, мне следовало умереть, когда я появился на свет из чрева матери. Тогда Ииркан стал бы императором. Может, судьба обманула нас?

– Судьбу невозможно обмануть. Что произошло, тому и следовало произойти, потому что так хотела судьба – если она существует на самом деле и если действия и поступки людей подчинены ей, а не просто являются ответом на другие действия и поступки.