Если бы был хоть какой-нибудь смысл в освобождении пленников, то он бы освободил их, но смысла никакого не было, да и пленники были бы поражены, обойдись с ними по-другому. Там, где надо было принимать так называемые «моральные» решения, Эльрик был практичен. Он всегда принимал решение до того, как следовать какому-то действию. В данном случае никакого действия он предпринять не мог. Такая реакция стала его второй натурой. Его желание было не в том, чтобы изменить Мельнибонэ, а в том, чтобы изменить себя, не действовать самому, а знать, как наилучшим образом отвечать на действия других.

– Милорд?

Эльрик рассеянно поднял голову.

– Теперь у нас есть информация, милорд, – тонкий голос доктора шелестел по комнате. Две пары цепей были теперь пустыми. Один из обрубков на цепи все еще немного дрожал, но другой качался, не шевелясь.

Доктор спрятал инструменты в плоскую тонкую коробку, которую носил на поясе.

– Оказалось, что перед ними были здесь другие шпионы. Эти пришли только для того, чтобы подтвердить правильность уже известного маршрута. Если они не вернутся вовремя, варвары все равно приплывут.

– Но ведь они, вне всякого сомнения, будут знать, что мы их ожидаем?

– Не обязательно, милорд. Мы уже распространили слухи среди купцов и матросов Молодых Королевств, что шпионы проникли в лабиринт и были убиты при попытке к бегству.

– Понятно, – Эльрик нахмурился. – Тогда нам лучше всего будет устроить ловушку этим пиратам.

– Да, милорд.

Эльрик повернулся к одному из стражников.

– Пошлите за всеми генералами и адмиралами. Какой сейчас час?

– Только что кончился первый час после захода.

– Велите им всем собраться через два часа после захода у Рубинового Трона.

5

Ииркан явился первым. Великолепно одетый, с двумя верзилами-стражниками, каждый из которых держал боевое знамя принца.