– И когда они скажут вам, доктор Шутка?

– О, очень скоро, милорд.

– Я предпочел бы знать, надлежит ли нам ждать атаки. Чем скорее мы узнаем, тем меньше времени потеряем при разгроме кораблей, когда они придут. Вы согласны со мной, доктор?

– Да, милорд.

– Прекрасно, – Эльрик был раздражен нарушением хода событий дня. Это испортило ему все впечатление от прогулки верхом, это слишком быстро вернуло его к императорским обязанностям.

Доктор Шутка повернулся к своим жертвам, вытянув свободную руку, жестом эксперта схватил за половые органы одного из мужчин. Молнией мелькнул скальпель, и раздался ужасающий визг. Доктор Шутка что-то бросил в огонь. Эльрик уселся в приготовленное для него кресло. Он испытывал скорее скуку, нежели отвращение. Крики, визги, лязганье цепей, тонкий шепоток доктора, все это уничтожило в нем то хорошее настроение и чувство безоблачности, которое он недавно испытывал. Но присутствовать на подобных ритуалах было одной из его императорских обязанностей, а на этом он был просто обязан присутствовать, пока ему не передадут нужные сведения, а он не поздравит Главного Допросчика и издаст приказы, как и кому себя вести при готовящемся сражении. И даже после этого ему придется совещаться с адмиралами и генералами, скорее всего всю ночь, выбирая между спорящими, решая, как распределить корабли и людей.

С трудом подавляя зевок, он откинулся на спинку и смотрел, как доктор работал пальцами, скальпелем, щипцами и пинцетами над висящими телами. Скоро он задумался о других проблемах, философских, тех, которые он не успел решить. И не потому, что в нем не было ничего человеческого, что там ни говори, все же он был мельнибонийцем. Он привык к такому с раннего детства. Он не мог спасти пленников, даже если бы захотел, не пойдя против всех традиций Острова Драконов. А в данном случае просто приходилось иметь дело с грозящей опасностью, о которой надо было выяснить все необходимое.