— Я — Конан, — коротко представился варвар и взял папирус из рук кузнеца.

Карта оказалась очень проста: Вешан был обозначен на ней кружком с крестиком посередине, от кружка тянулась к краю карты прямая линия. Конан догадался, что таким образом Аксель с кузнецом изобразили ту самую тропу, по которой он пришел сюда и по которой, вероятно, пришли сюда все остальные. Несколько крестиков, беспорядочно разбросанных по карте, скорее всего, должны были обозначать холмы — вонючие норы уродов. Но почему-то Аксель и кузнец нацарапали их не больше десятка. Конан же заметил по крайней мере сотню, о чем и сказал сейчас новым друзьям.

— Мы рисовали по памяти, Конан, — с грустью ответил Аксель. — Конечно, сейчас на равнине гораздо больше нор. А значит, гораздо больше чудищ.

— Чудища? Ха! — поморщился варвар. — Всего лишь вонючие ублюдки. Не хочу вас обидеть, но я и без вашей карты знаю, где находится тропа.

— Не знаешь, Конан, — мягко улыбнулся Аксель. — Эту тропу ты видел лишь тогда, когда шел по ней сюда. Если ты вознамеришься пойти обратно, никакой тропы не будет.

— Вот оно что, — киммериец нахмурился. — Хитро придумано. Но откуда же вы знаете, где тропа?

— Мы наблюдали, Конан, мы долго наблюдали. Но теперь мы не уверены до конца, что тропа именно там где ты ее видишь на карте. Хотя вероятность велика будем надеяться, что мы все рассчитали правильно.

— Будем! — решительно сказал киммериец. — Выбирать не из чего. Если что — пойдем по солнцу. Вот мой план. Выходим на рассвете. Ублюдков бьем по дороге, идем быстро, ночью разводим круговой костер. Думаю, в огонь они не полезут. Утром идем дальше. К закату мы уже будем на пути к Замбуле, а там этих уродов нет. Наверняка нет, я бы знал.

Иену, Аксель и Игалий переглянулись. Иену, не сдержавшись, громко хмыкнул, за что Конан молниеносным тычком в бок свалил его на свою кровать. Парень вскочил, бросился на варвара с воинственным кличем, но тут же был схвачен за руки опомнившимися Акселем и кузнецом.