Андрей поев, поблагодарил мать и решил пойти прогуляться по улице и обдумать полученные известия.

"Странно, но меня это известие покоробило, хотя я его ожидал. Аленка нашла себе другого парня и теперь мне там ничего не светит. Но могла бы хоть сообщить, что так, мол и так, я ухожу к другому. Неужели я бы не понял? Девка хочет замуж, а я разве был готов связать с ней свою жизнь? Нет. Хотя может быть лет эдак через пять мое мнение и измениться, но кто станет ждать? Всем нужно все и сразу", — пытался он утешать себя, но получалось плохо. Больше всего сейчас он хотел, чтобы она бросилась к нему на шею и крепко обняла.

Андрей вышел по улице Ломоносова к парку культуры и отдыха имени героя революции Щорса, и пошел по его центральной алее. Мимо некрашеных скамеек и, загаженных птицами, памятников героям войны. Бронзовый бюсты чистили обычно только к Дню Победы, а так их омывали от экскрементов и пыли только дожди. Но их не было уже больше двух недель. Андрей знал это, от того же словоохотливого водителя такси.

"Да, — подумал он, когда его взгляд скользнул по запущенной зелени, сигаретным пачкам и бумажкам от мороженного, — зря я выбрал для прогулки этот старый парк. Настроение только ухудшилось".

Ноги сами понесли подальше от этого негостеприимного места в рощу, что была недалеко от кладбища, где всегда было чисто и уютно, хоть последнее слово плохо согласуется с местом, где установлены крести и надгробные плиты. Но, так или иначе, а молодежь туда не ходила. Слово кладбище отпугивает шумные компании с сумками наполненными пивом и водкой. Именно поэтому они встречались с Аленой именно там.

Местечко было живописное…..

Здесь было красиво и тихо особенно летом. Раскидистые ивы своими толстыми и искривленными стволами клонились к самой земле, словно древние старухи, а пышные и зеленые каштаны напоминали строгих денди, грациозно вкинувших верхушки к самому небу.

Ему было очень тяжело. В армии многие служебные дела давали возможность забыться, и рядом всегда были друзья — Пашка, Сом и Грег. А сейчас и поговорить об этом не с кем. Не кому излить душу и никто уже не скажет: "Да брось, братан. Все бабы стервы, и нет ничего лучше крепкой мужской дружбы. Давай выпьем за неё".