– Веселья,– сказал он.– Разве не за этим мы сюда приехали? Простого, неомраченного, чистого, безудержного веселья, когда забываешь обо всем.

Тайни подал им напитки. Джин Блейк достал чековую книжку и попросил:

– На один счет, Тайни.

– О, нет. Не надо. Я могу за себя заплатить, спасибо. И за вас тоже.

– Но я хочу…

– Дайте мне счет, пожалуйста,– она властно протянула руку, Тайни вручил ей счет, подняв вопросительно бровь на Блейка.– И карандаш, пожалуйста,– и затем объяснила Джину: – Это мой отель. Я буду чувствовать себя лучше, если подпишу счет сама. Я уверена – и Герберту будет лучше, если я подпишу его.

Она взяла у Тайни карандаш и старательно подписалась: «Миссис Герберт Гаррис. 326»

– Я бы чувствовала себя продажной девкой, позволь я вам уплатить за коктейли, мистер Блейк,– объяснила она.– А вы, надеюсь, понимаете меня, Тайни? – обратилась она к бармену.

– Да, мадам, конечно, я понимаю,– Тайни держал подписанный счет двумя пальцами.

– В следующий раз,– сказала она,– в вашем отеле вы сами можете подписывать. По-моему, это справедливо, не так ли? – Она залпом опорожнила бокал и твердо поставила его на стойку.

– Так где же азартные игры, ночные клубы, безумство? – потребовала она.– Как-будто я не покидала Парк-авеню.

– Вы хотите поиграть?

– Очень хочу поиграть и много. Вы знаете, куда пойти?

– Я знаю все места на побережье,– сказал Джин Блейк.

Он положил чаевые – долларовую бумажку – возле своего пустого бокала.– Беда только в том, что моя машина в гараже на ремонте. Придется вызвать такси.

Он соскользнул со стула, избегая полувосхищенного, полуобвиняющего взгляда Тайни, и твердо взял ее под руку.

– До свидания, Тайни,– сладко улыбнулась она бармену, а Джину Блейку сказала:

– Нам не надо такси. У меня есть машина. Симпатичная, маленькая, с открытым верхом. Сегодня взяла напрокат на две недели.