— Ну же, — сказал мэр. — Читай! Развернув записку, Дун прочел:

— Вестник! — нахмурился, скомкал бумажку и бросил ее на пол.

Лина разинула рот, по классу пронесся шепот удивления: как можно сердиться, получив лучшее, что может быть, — работу вестника?!

— Безобразно себя ведешь! — взревел мэр. Его лицо потемнело, глаза, казалось, вот-вот выкатятся из орбит. — Немедленно марш на место!

Дун пнул комок бумаги, так что он улетел в дальний угол класса, потом, демонстративно топая, вернулся к своей парте и с размаху плюхнулся на сиденье.

Мэр перевел дыхание и бешено заморгал.

— Позор! — громко сказал он, пристально глядя на Дуна. — Ребячество! Вспыльчивость! Каждый школьник должен быть рад поработать во благо родного города! Эмбер и дальше будет процветать, если все его граждане будут… стараться… изо всех сил! — Его указа тельный палец снова угрожающе нацелился на притихших школьников.

Но тут внезапно заговорил Дун:

— Ничего он не процветает! Дела в Эмбере идут все хуже и хуже!

— Молчать! — завопил мэр.

— Свет отключают! — закричал в ответ Дун. Он снова вскочил со своего места. — Свет все время отключают! И ничего нет, вечно всего не хватает! Если ничего с этим не сделать, скоро произойдет что-нибудь ужасное!

Лина слушала, чувствуя какую-то смутную тревогу. Что такое с Дуном? Из-за чего он так переживает? Впрочем, он всегда все принимал слишком близко к сердцу.

Мисс Торн подошла к Дуну и положила ладонь ему на плечо.

— Прошу тебя, сядь, — сказала она мягко. Но Дун остался стоять.

Мэр, набычившись, смотрел на него. Затем изобразил улыбку, обнажив ровные серые зубы.

— Мисс Торн, — спросил он, — кто таков этот молодой человек?

— Я Дун Харроу, — с вызовом сказал Дун.

— Я запомню тебя, Дун Харроу, — медленно произнес мэр, не сводя глаз с мальчика. Затем повернулся к классу: — Мои поздравления всем. Добро пожаловать в дружную семью тружеников Эмбера! Мисс Торн… Дети… Всем спасибо.