- У меня произошла поломка, - сказал-прозвенел Пришелец, бесстрашно глядя прозрачным взором в мутно-желтые глаза председателя. - Не могли бы вы...

- Нет, дорогой товарищ. Не мог бы.- Председатель встал и широко развел руками.- Чего нет, того нет. Ремонтом и горюче-смазочными материалами ведаю не я, а комбинат коммунальных предприятий. Лично у меня нет ничего.

Иванов был доволен, что на сей раз отказать удалось, покривив душой самую малость. Не покривил даже - умолчал о том, что сам-то комбинат тоже находится в подчинении у него.

- Вам ясно? По поводу ремонта обращайтесь в ККП. Вот если бы вам понадобилось жилье на время...- Голос Иванова рокотал доверительно, почти интимно. - В этом вопросе я бы мог вам помочь. Однако я понимаю всю нелепость моего предложения: зачем инопланетному существу жилплощадь? Ха-ха-ха!

Никодим Осипович любил, когда душевную широту и щедрость можно было продемонстрировать, как он любил говорить, "на дурнячок", ничего существенного не теряя и не связывая себя обещаниями.

- Жилплощадь? - переспросил Пришелец.- То есть помещение в котором живут? Что ж, пожалуй. Пока корабль не отремонтирую, надо где-то жить.

Председатель перестал улыбаться. Помрачнел. Сел в кресло.

- Такие дела, - сказал он, отводя глаза, и губы сложил, будто сжал их пинцетом.

"Вот змей, вот сукин сын, - подумал он с раздражением о пришельце. Обошел! Уел! А притворялся интеллигентом прозрачным и безобидным. Улыбался робко. Впрочем, черт их, пришельцев, разберет. Может, улыбка такая на ихних лицах - сплошное издевательство над вышестоящим начальством?"

- Жилье... Да... Это сложный вопрос... - мычал между тем он. - Это надо обдумать, покумекать. - Председатель пытался придумать, как бы половчее оставить Пришельца с носом.

Наконец взор его прояснился, и он, скрывая в кулаке лукавую усмешку, спросил: