Муссолини осведомился, как доехал фон Клейст, — он уже не раз встречался со специальным курьером Гитлера. Они обменялись обычными в этом случае любезностями, прежде чем специальный курьер вручил главе итальянского королевского правительства пакет.
Распорядившись, чтобы фон Клейста проводили в покои, отведенные ему для отдыха, Муссолини направился в большую овальную комнату с окнами в сад, где с нетерпением разорвал конверт, присланный ему из Берлина.
Муссолини не сомневался, что в письме Гитлера речь будет идти о войне с Россией.
То, что война с Россией предрешена, для Муссолини давно не было секретом.
Но день и час, когда точно начнется война, Муссолини не знал. По данным его разведки, она должна была начаться еще в мае, но фюреру пришлось перенести ранее установленные сроки из-за переворота в Югославии, куда устремились немецкие танковые дивизии для свержения нового правительства.
И вот война с Россией началась, а фюрер сообщает ему о ней тогда, когда об этом знает уже весь мир. Значит, он не полностью доверяет ему? Эта мысль больно уколола Муссолини.
«Дуче!
Я пишу Вам это письмо, в тот момент, когда длившиеся месяцами тяжелые раздумья, а также вечное нервное напряжение закончились принятием самого трудного в моей жизни решения…»
Конечно, он просит его, Муссолини, о помощи… Что ж, может, это и неплохо, что Гитлер, не посоветовавшись с ним, в последний момент напал на Россию. Теперь у него, Муссолини, развязаны руки. Он окажет немецкой армии помощь… Но предварительно выждет несколько дней. Эти дни покажут, действительно ли Красная Армия только «колосс на глиняных ногах», как говорил ему Гитлер. Если это так, если первые дни подтвердят это, итальянская армия тоже двинется на Россию, чтобы взять часть своей добычи… А пока? Пока можно понаблюдать… Для того чтобы итальянцы включились в войну, нужно время. Об этом он и напишет фюреру.