Вокруг творилось нечто невообразимое: похоже, решили сцепиться две банды. Зак льстил себе мыслью, что переполох поднялся из-за его бегства, но проверять не собирался. Больше его в Дамп-Сити ничего не удерживало.

Через несколько часов он спал под обрывистым берегом реки прямо на песке. В грязных пальцах был зажат занятный предмет, сорванный с шеи умирающего Криса - пластмассовый прозрачный шарик, в глубине которого змеились тусклые желтые нити. Зак решил, что вещица будет талисманом его путешествия.

На следующий день он съел убитого скока у подземного истока реки. Зак разжился вместительной флягой у трупа "поборника справедливости" - правда, тогда еще не бывшего трупом - и надеялся, что до ближайшего водоема хватит. Он напился так, что едва мог идти, а заодно намочил в реке одежду.

Воды все равно не хватило. Последние дни он позволял себе лишь по маленькому глотку. Все силы уходили на то, чтобы просто переставлять ноги. Язык сухим наждаком царапал небо, воздух с трудом проходил в горло. Зак смутно помнил, куда и зачем идет, но упорно двигался по раскаленной земле.

Однажды он набрел на целую груду развалин и долго бродил между останками автомобилей, лодок и не поддающихся определению искореженных механизмов. Между впекшимися в почву балками он наткнулся на двух мутантов. Маленькому - косолапому, заросшему клочковатой шерстью, Зак проломил голову рукояткой пистолета, Большого пристрелить не успел - тот набросился на врага со звериной яростью.

У него было три глаза. Третий - бельмастый, жуткий, - смотрел прямо на Зака, когда он всадил мутанту нож в живот. Тот оказался живучим: Зак снова и снова тыкал лезвием в податливую плоть, а мутант все тянулся к горлу скрюченными пальцами.