Боль частично вернула Прокопени сознание, ощущения, чувство времени и реальности. Он наконец рискнул открыть глаза:

— Вы кто? — он уставился на темневшие рядом с ним силуэты без надежды получить ответ. Один из пришельцев щелкнул выключателем, а другой сказал:

— Доктор, да что с тобой на самом деле? Обкурился ты что ли? И когда ж ты успел только, минут пять ведь прошло всего, — Сергеич покачал головой даже с некоторым восхищением, — ты у меня в машине кейс забыл, — и он протянул Игорю Николаевичу старый добрый кейс.

— Да это мой, — теперь Прокопеня действительно медленно возвращался в «здесь и сейчас»…

— Что это за едкий запах? Формалин напоминает… И ещё что-то — из нервно паралитической группы кажется, не удивительно, что Вы такой бледный! Большая удача, что Вы не захлопнули двери — вполне могли задохнуться! — Ал, второй ночной посетитель, снял носовой платок, которым обернул ладонь, отвешивая Прокопени оплеухи, и помахивая им перед своим носом, прошел через комнату и широко открыл балкон.

— Не знаю… — Игорь Николаевич с опаской следил за движениями Ала, но на этот раз змейки не появились, значит оставалась надежда, что все происшедшее с ним было просто галлюцинацией…

— Слушай, Ал, зайди на кухню, а то у меня крыша что-то сегодня едет больше обычного, — бледный и какой-то отрешенный Головатин обеими руками тер лоб и виски, прислонившись к дверному косяку у входа в комнату — он видимо тоже обнаружил на кухне импровизированную мумию.

Невозмутимый Ал молча пошел на кухню, а Сергеич и Прокопеня потянулись за ним следом, уже зная, что он там увидит.

— Ну — где Вы его взяли и зачем? Это что действительно настоящее человеческое тело? И кому же оно принадлежало? — Ал был скорее раздражен, чем удивлен — своеобразная мумия продолжала лежать на полу кухни.