- Эй, парень, теперь ты можешь просить у старого Жюля, что хочешь! Этот мерзавец украл у нас две заявки, а когда мы с Дугласом попробовали поднять голос, он уложил нас обоих в больницу. Я надеялся, что кто-нибудь продырявит ему шкуру, но, чтобы кто-то по всем правилам набил ему морду, об этом я даже не мечтал! Где ты научился так драться?

- Так, занимался немного боксом. А потом стычки с матросами на островах…

- Немного боксом! Боже милостивый, от твоего прямого свалится и чемпион, рука так сама и бьет.

- Значит, Луиджи был прав? Ты тот самый олимпиец… Берегись!

Рыжее тело мелькнуло в воздухе и сбило его с ног. Раздался короткий вопль.

- Назад, Лео! Я тебе приказал…

- Он спас тебе жизнь, твой лев, - сказал Жюль. - Голландец едва не всадил тебе в спину нож!

Тераи вцепился в гриву льва и потянул его изо всех сил назад. Лео взревел, повернул голову с окровавленными клыками, но увидел, что это Лапрад, успокоился, мирно уселся в углу и принялся облизываться, как кошка.

- Доктора! - крикнул кто-то.

- Какого доктора? Он свое получил!

Голова Ван Донгана была странно деформирована, скальп сорван. Его правая рука все еще сжимала нож. Изыскатели, побледнев, переглядывались.

- Знаешь что, старина, - сказал один из них, - ты и твой лев… Лучше уж быть вашими друзьями!

- Я займусь Мак-Грегором. Если полиция будет меня искать…

- Полиция? - в толпе послышались иронические смешки. - Ты хочешь сказать директор? Он один здесь и суд, и полиция. Старжон, конечно, взбеленится. Голландец был его ближайшим подручным. Но ты не волнуйся. За тебя будут стоять столько свидетелей, сколько понадобится, даже те, кто ничего не видел!