Другие называли ее «башней Трамбо», но он постарался задвинуть это название подальше – оно слишком напоминало Дональда Трампа, которого он терпеть не мог. В итоге к зданию прилипло имя «Большой Т», как часто называли и его создателя. Трамбо нравилось это имя – оно хорошо подходило небоскребу, особенно его верхним этажам, похожим на капитанский мостик самого большого в мире корабля. Сейчас Трамбо крутил педали тренажера в своем кабинете, у стыка двух стеклянных стен, образующего как бы выступ высоко над Пятой авеню и парком. Снег валил так густо, что Трамбо с трудом мог разглядеть, что происходит внизу. Но в данный момент он не смотрел вниз. Он говорил по телефону, одновременно продолжая крутить педали. Лицо его покраснело от напряжения; хлопчатобумажная белая майка была мокрой от пота.

– Что значит «еще трое туристов исчезли»?

– Это значит, что они исчезли, – ответил голос Стивена Риддела Картера, менеджера курорта Мауна-Пеле на Гавайях, принадлежащего Трамбо. Голос был сонным – на Гавайях еще стояла глубокая ночь.

– Черт возьми! А откуда ты знаешь, что они исчезли? Может быть, просто где-то гуляют – Они не выходили с территории. На воротах круглосуточно дежурит человек.

– Так они могут быть внутри курорта. В одной из этих – как их называют? – хале. В этих хижинах из травы.

В трубке раздалось что-то, похожее на легкий вздох.

– Эти трое отправились вечером играть в гольф, мистер Трамбо, Когда они не вернулись к десяти, наши парни отправились на поле и нашли там их тележки.

– Черт возьми, – повторил Байрон Трамбо, жестом подзывая к себе Уилла Брайента. Его первый помощник кивнул и снял вторую трубку.

– Другие исчезали не на поле для гольфа, так ведь?

– Да. Двух калифорниек в прошлом ноябре в последний раз видели на конной прогулке у скал с петроглифами. Семья Майерсов – родители и четырехлетняя дочь – пошла после заката погулять к бассейну и не вернулась. Повар Паликапу шел с работы через поле лавы к югу от тропы.