В конце весны Демчо угораздило на пустыре за школой наступить на караканца. Сам дурак, полез в бурьян за укатившимся мячом, а на ногах шнурованные тапки для занятий в спортзале: выдвинувшийся из спинки подлой гадины костяной гребень пропорол и матерчатую подошву, и ступню. Парализованный болью мальчишка успел заметить, как в заросли чертополоха шмыгнуло желтое в зеленоватых пятнах чешуйчатое существо с торчащими из продольной хребтовой щели острыми шипами. Караканец, не спутаешь. Если в школьный медпункт – это ясно чем закончится, в газетах нет-нет да и пишут о таких случаях, и Демчо, стиснув зубы, отправился домой. Лучше умереть от яда, чем согласиться на ампутацию. К тому времени, как дохромал до перекрестка Горького Меда и Летающих Грабель, ступни он уже не чувствовал, словно вместо нее деревяшка, а голень горела, как от крапивного ожога. По дороге он плакал, и Тим, увидев его зареванное лицо, озадаченно поинтересовался:

– Опять обзывались? Тебя или меня?

– Нет… – Демчо всхлипнул: он ведь прощался с жизнью, и было уже не стыдно. – Караканец… Я на него ногой… Не надо «Скорую помощь», я же знаю, что они сделают!

Не тратя лишних слов, дед потащил его в комнату, на диван, мигом разрезал и содрал окровавленную тапку, обмазал распухшую ногу каким-то масляным снадобьем из темной склянки с надписью «Конфитюр ягодный ассорти», потом замотал полотенцем. Неправильные действия, пособия по первой помощи рекомендуют совсем другое… Но боль сразу пошла на убыль. Тим принес бутылку с наклейкой «Бренди» и дал Демчо выпить столовую ложку вязкой жидкости, коричневой с рубиновым отливом. Это было не бренди – размечтался! – а наимерзейшая горечь, от которой едва глаза на лоб не вылезли.

Примерно через час нога была в порядке, не считая ранок на подошве.

– Подарок Серой Дамы, – пояснил дед. – Лекарства, каких ни в одной аптеке не купишь, круто зачарованные, а то кто же ей будет по магазинам, высунув язык, бегать, если со мной беда приключится?