Это может поставить вверх ногами всю философию Иммануила Канта!
- Как поставлена Карлом Марксом вверх ногами философия Гегеля? - спросил, улыбаясь, Вагнер.
Шмидт не заходил так далеко и будто сам испугался смелости своих выводов.
- Я стою исключительно на почве физических наук, - уклончиво сказал он.
Но эти самые физические науки толкали его на путь, по которому он, быть может, и не пошел бы, если бы сознавал конечные выводы.
- Тайна строения материи - ключ к тайнам мироздания. Когда мы овладеем этой тайной совершенно, мы будем всемогущи... Мы овладеем круговоротом вещества. .. Песок пустыни мы сможем превратить в золото, камень - в хлеб... И, быть может, когда-нибудь мы в состоянии будем создать микрокосмос - маленькую солнечную систему в своей лаборатории.
- Что же тогда будет с творцом мира? - с тою же улыбкой спросил Вагнер.
Шмидт смутился и потом вдруг рассердился.
- Я не касаюсь теологии, - проговорил он, покраснев, и замолчал.
"Хорошенькую игрушку я приготовил для тебя", - подумал Вагнер, глядя на молодого ученого, в котором научная мысль мятежно пробивала дорогу сквозь дебри привитых воспитанием старых верований и предрассудков.
- Вы ближе к истине, чем воображаете, мой молодой друг, - сказал серьезно профессор Вагнер. - Пройдемте в лабораторию.
- С вашего разрешения, позвольте и мне взглянуть, что вы собираетесь показать профессору Шмидту, - сказал Брауде, следуя за ними.
II
ТВОРЕЦ МИРА
Вагнер и его спутники вошли в огромный полуосвещенный готический зал. Когда-то здесь пировали бургграфы, ландграфы и вальдграфы.