— Ты! — сказал я.

— Это сейчас ты это знаешь, а ведь раньше не знал, не так ли? Так вот, ты не знаешь, что тебя ждет за гранью! ДА и сейчас, собственно, не знаешь. Есть ли рай или ад, а если есть, то куда ты попадешь? Может быть, там будет еще хуже? Да и вообще, умирать больно и неприятно. А неизвестность пугает… Пугает любого нормально человека, а самоубийцы — не боятся. Они — пионеры. Они — первопроходцы, которые шагают в тот мир, о котором не знают ничего. Они не боятся оставить ЗДЕСЬ все, что нажито за долгие годы.

— За суициндиков? — предложил я, поднимая рюмку с водкой. Или с водой? Какая теперь разница, я и так хорошенько опьянел. Ну и ладно! На пьяную голову легче принимать такие ответственные решения.

— За тебя, Леша! — подняла свою рюмку Смерть, и я понял, что она имеет в виду.

Во мне и в самом деле заклокотала решимость. Теперь я уважал самоубийц, и даже начал причислять себя к ним. В конце концов, мне выпала такая честь! Я поговорил с самой Смертью, и она предложила мне умереть так, как я пожелаю! Не каждому выпадает такая возможность, а, быть может, одному из нескольких тысяч. Так чего я медлю?! Нужно решаться и идти за ней. Она же сказала, что ТАМ я получу ответы на все свои вопросы, и наверняка ТАМ мне ответят на мой главный вопрос: «Какого, собственно, хрена?!»

— Как я хочу умереть? — задал я вопрос не то Смерти, не то самому себе, — надо подумать.

— Ты говорил, что хочешь умереть красиво, — напомнила она.

— Я не настолько пьян! — обозлился я, чувствуя, что от этой обиды даже немного протрезвел, — Я все помню! И уж точно помню, чего я хочу. Красиво… А красиво — это как? Красиво было бы умереть в бою, на войне. Знаешь, Смертушка, какое самое приятное чувство на свете?

— Сексуальное удовлетворение? — спросила Смерть, — Обычно мне отвечают так.

— Не-а! Пофигизм! Чувство, когда тебе уже все пофигу, и остальные тебе от этого завидуют.