– Ну, может быть, хотя тащишь-то только одной. Но он меня учит работать любой из них.

– Это хорошо. Тебе не помешает узнать, что когда-нибудь ты можешь остаться без руки, как Зигги. Знаешь, как Зигги потерял руку?

– Как?

– Знаешь, что с тобой сделают, если поймают? Торби не ответил. Бэзлим продолжал:

– В первый раз – отрубят одну руку. Вот во что обошлось Зигги обучение его ремеслу. Да, он ловок, поэтому до сих пор занимается своим прежним делом. А знаешь, что бывает, если поймают во второй раз? Не только вторая рука. Знаешь?

– Н-не совсем, – Торби сглотнул.

– Наверно, ты слышал, только не хочешь вспомнить, – Бэзлим провел большим пальцем по шее. – Вот что сделают с Зигги в следующий раз – его самого укоротят. Судьи его светлости считают, что мальчишка, который не может понять с первого раза, не поймет и со второго, так что они просто его укорачивают.

– Но, пап, меня же не поймают! Я буду ужасно осторожен… как сегодня, обещаю!

Бэзлим вздохнул. Мальчишка считает, что с ним ничего подобного случиться не может.

– Торби, принеси-ка свою купчую.

– Зачем, папа?

– Принеси.

Мальчик принес бумагу. Бэзлим внимательно прочел: «Ребенок мужского пола, зарегистрированный под номером ВХК 40367» – девять минимов, и все дела! Он взглянул на Торби и с удивлением отметил, что теперь он на голову выше, чем в тот день.

– Дай мне перо. Я хочу тебя освободить. Я давно собирался это сделать, но не было нужды спешить. Сделаем это теперь же, а завтра ты пойдешь в Королевский Архив и зарегистрируешься.

– Зачем, папа? – Торби разинул рот от удивления.

– Разве ты не хочешь быть свободным?

– Т-так… ну… папа, мне нравится принадлежать тебе.

– Спасибо, мальчик. Но это необходимо.

– Ты что, выгоняешь меня?

– Нет. Можешь оставаться. Но только как свободный.