Выждав немного, прохожий торопливо пересек залитый лунным светом перекресток и остановился у двери постоялого двора. Еще раз огляделся и постучал. Дверь тут же беззвучно распахнулась, петли были хорошо смазаны, а ночного гостя ждали. На мостовую легла полоса света, потом она сделалась ярче - то, кто распахнул дверь, отступил, освобождая проход. Пришелец шагнул через порог и медленным движением отбросил капюшон. Он был молод, завтра ему сравняется двадцать один. Пятеро, ожидавшие его прихода, были намного старше. Тот, кто ответил на стук, громадный мужчина в потертом кожаном камзоле, отступил, сунул в ножны кинжал и согнулся в поклоне:
- Ваше величество…
Переливы арфы смолкли. Все, находившиеся в небольшом ярко освещенном зале, встали и поклонились.
- Лорд Аганей, - кивнул гость. Потом обернулся к остальным, - лорды…
Как гласит поговорка, императорский престол Джагайи покоится на пяти опорах. Нынче здесь собрались все пятеро глав великих родов империи, потомки тех, кто был побежден Ирго Ужасающим, и потом под его знаменем завоевал для молодой империи сорок королевств - те самые, что теперь норовят ускользнуть из когтей одряхлевшего джагайского льва.
Император, сопровождаемый великаном Аганеем, прошел к столу и занял место во главе. Лорд Хокси отложил арфу, прекрасный инструмент, черное дерево, инкрустированное серебром. Его предки играли на арфах, изготовленных из костей убитых врагов. Те времена давно миновали, лорды променяли сталь на золото, и разве что Аганей - один из пятерых - отдаленно напоминает великих предков, от топота коней которых сотрясался весь Грайлок.
- Итак, ваше величество, - начал лорд Гройз. По праву старейшего он мог заговорить первым, - завтра состоится торжественная церемония.
Император кивнул, и витые черные локоны качнулись по сторонам бледного лица. Завтра он, совершеннолетний, достигший двадцати одного года, обратится с речью к толпе, обещая править милостиво и справедливо, потом будет торжественное шествие по улицам, в сопровождении длинной вереницы красных жрецов, молебен в храме… и потом наконец на голову императора Вентайна возложат корону и назовут подобным Солнцу.