Трэвен опустился на пол рядом с ней, прижавшись спиной к мягкому дивану.

– А мне казалось, что детектив – я. Насколько я помню, ты работаешь официанткой и время от времени манекенщицей, в ожидании, когда твой талант обнаружат канадские кинокомпании.

– Это помогает мне глубже войти в образ. Вдруг мне предложат сыграть роль женщины-детектива? Тогда подобное предварительное ознакомление с поведением моей героини окажется весьма полезным.

– Лучше смотри детективные фильмы на видеостенке, – посоветовал Трэвен, разрезая омлет на маленькие кусочки. – Там все происходит в воображаемом, а не в реальном мире, где преступникам удается скрыться от правосудия.

– Извини, Мик, если я задела тебя за живое.

– Ничего. – Трэвен заметил, что его ответ прозвучал слишком резко. Он попытался скрыть замешательство, смешивая очередную порцию коктейлей. Если напряженная тренировка не принесла желаемого результата, если даже секс ничем не помог, то остается надеяться только на то, что алкоголь поможет избавиться от кошмаров.

– Я не хотела обидеть тебя, Мик. – Шерил стиснула его бедро. – А почему ты решил стать полицейским?

Трэвен поднял руки вверх, словно сдаваясь.

– Мы знакомы уже шесть или семь месяцев, и ты еще никогда не задавала мне таких вопросов.

– Раньше я просто не решалась спросить. – Она зацепила вилкой кусок омлета и сунула его в рот.

Это была еще одна причина, по которой Трэвен допустил Шерил в свою личную жизнь. «Следить за тем, как она ест, – одно удовольствие, – подумал он. – Немногие женщины едят с таким аппетитом».

– Просто мне показалось, что я смогу изменить мир, в котором мы живем.

– Чтобы добиться этого, ты мог бы заняться бизнесом или политикой, у тебя хватило бы способностей.