— Не понял, — очнулся я.

— Это я не понял, — тесть кивнул на ведро, которое было до краев наполнено крупной барабулей. — Ты как заведенный, спиннингом машешь, катушку крутишь, и рыбешек, не глядя, в ведро скидываешь. Ты в порядке?

— Да, — я усмехнулся, — просто задумался крепко. Сам знаешь, как это бывает, одна мыслишка цепляется за другую, а та за собой третью тянет и так далее.

— Ну, ты осторожней, — Кара тоже улыбнулся, — зятек. А то серьезные мысли в такие дебри завести могут, что потом и не выберешься.

Желая сменить тему, я посмотрел на опускающееся к горизонту вечернее южное солнце, начал сматывать орудие лова и предложил:

— Пошли домой?

— Пожалуй, пора, — согласился старик.

Собрались быстро. Я взял ведро с нашим совместным уловом, и мы пошли наверх. Идти молча, Кара не мог, а может быть, специально, хотел отвлечь меня от мыслей, и всю дорогу сыпал вопросами.

— Саня, а правда, что в Краснодаре телевещание наладили?

— Верная информация. Правда, пока только один канал, но и это уже кое-что.

— А чего показывают?

— Фильмы старые, музыки идет много, программ общеобразовательных, и новости местные. На всю столицу и окрестности не больше тысячи телевизоров, так что этого пока хватает.

— Хорошо вам, к цивилизации приобщаетесь. А как у тебя по бизнесу дела?

— Нормально. Дела компании «Мечников и сын» идут просто замечательно. Разлука всем транспортом занимается. Исмаил-ага сидит в Гвардейском и для отряда пополнение готовит. Иван Штеменка со своими людьми в Краснодаре, любую технику ремонтирует, мастерская оснащена отлично и сейчас у него больше сотни мастеров трудится. Ветер плантации держит, и только постоянных работяг у этого плантатора уже четыреста человек, а объемы продукции с каждым годом только увеличиваются. Лист охранную структуру возглавляет. А над всеми Калуга стоит, денежки считает, и мои интересы отстаивает.