— А прочитать, кто это, можете?
— Пустое дело! — Василий пренебрежительно пожал плечом и стал на пороге, следя глазами за остановившейся у двери уборной фигурой. — Это инспектор.
Последнее слово он почти выкрикнул. И мальчики явственно увидели: от окрика этого испуганно дрогнули под ватным пальто широкие плечи незнакомца.
— Инспектор… — прошептал рыжий, отступая на шаг в глубь купе. Его зрачки расширились и потемнели. Он переглянулся с ближайшими, и Василий увидел у всех в глазах то же испуганное и злое выражение.
Глава V
ЕЩЕ ОДИН ГИМНАЗИСТ
Василий сел на место. Теперь уже никто не кричал: «Занято!»
Рыжий обвел всех взглядом и спросил:
— Все видели? Он вздрогнул. Значит, он сознался.
— Безусловно, — подтвердили кругом.
Василий усмехнулся тихо. Он знал, что делал. Но сейчас же он принял нарочно самый беззаботный вид, словно не понимая, в чем дело.
— Ну, почему вы так переполошились? Что же, если инспектор? Почему вы говорите «сознался»? Разве инспектором быть — преступление?
— Ну конечно! — возмущенно воскликнул рыжий, и сбившиеся кругом гимназистики подтвердили тотчас же на разные голоса:
— Конечно же, преступление! Вы, наверно, не были в гимназии. А то бы вы не спрашивали, что такое инспектор.
— Инспектор — это хуже учителя даже!
— И даже хуже директора, потому что директор редко когда ходит сам, он в кабинете, а инспектор всегда — всюду.
Круглощекий, румяный перебил:
— Ну, это — какой директор. Наш, наоборот, всегда…
— Погоди, — остановил рыжий. — Нам надо о другом. Раз уж нам попался инспектор, надо сыграть с ним какую-нибудь штуку. Обязательно!
— Две, — хладнокровно сказал Василий. — Сначала вы, потом я. Я свой фокус уже придумал.